Книга Карло Анчелотти «Прекрасные игры обычного гения» (The Beautiful Game of an Ordinary Genius) — в переводе Артёма Прожоги.
Летом 2006 года мы договорились о контракте с Ибрагимовичем. Златан был безупречным снайпером, Кака оставалось только вовремя подносить ему патроны. Мысленно я уже украсил верхушку нашей «Рождественской ёлки» остроконечной звездой. В «Милане» даже приготовили футболку для презентации, но трансфер сорвался. Проблема в том, что Ибра не хотел ждать.
Говорят, поспешишь — людей насмешишь, но Массимо Моратти это не волнует. Он заманил Златана кругленькой суммой. Ещё один футболист мирового класса перешёл в «Интер», а не в «Милан». Такой укол самолюбию почувствует даже толстокожий. Хуже того, из-за коррупционного скандала мы рисковали оказаться в Серии Б, а Ибра вовсе не собирался играть во второй лиге. Мы попросили его дождаться судебного решения, но Златан передумал и выбрал синюю сторону миланской баррикады. Он, видите ли, хотел выиграть Лигу чемпионов. Мы сделали это всего через год.
Каждый день в прессе публиковали новые результаты расследования Кальчополи. Участь «Милана» оставалась под вопросом: штраф, еврокубковая дисквалификация или перевод во второй, а то и в третий дивизион? Я был готов ко всему. Если бы выяснилось, что за убийством Кеннеди стоит Галлиани, я бы и бровью не повёл.
Я собрал друзей дома, чтобы всё обмозговать. Поражало то, что полиция допросила всех, кроме меня. Как только я сказал об этом гостям, зазвонил телефон. На экране появился неизвестный номер.
— Здравствуйте, вас беспокоит полиция Рима, я оперуполномоченный Ауриккио.
— Ага, так я и поверил.
— Это не шутка. Меня действительно так зовут.
Ну-ну. Ауриккио — марка сыра проволоне.
— Я тебя раскусил, Ауриемма.
— Ауриккио!
— Да, конечно, Ауриккио. Хоть бы для начала придумал нормальный псевдоним.
Тем временем я гадал, кто из друзей решил меня разыграть.
— Слушайте, Анчелотти, всё предельно серьёзно. Нам нужно поговорить.
— Я даже не знаю, как тебя зовут.
— Ауриккио.
— Ты издеваешься?
— Нет, я оперуполномоченный римской полиции.
— У тебя что, пластинку заело? Есди ты реально из полиции, пришли мне ордер или радиограмму.
— Анчелотти, никто не отправляет радиограммы со времён Второй мировой.
— Слушай, Ауриемма…
— Ауриккио!
— Ладно, Ауриккио. Докажи, что ты говоришь правду. Можешь отправить факс в отделение полиции в Реджоло, они со мной свяжутся.
— Синьор Анчелотти, советую решить вопрос наедине. Для вашего же блага. Приезжайте в Рим послезавтра.
— С чего это? Может, пора прекратить этот цирк? Кто ты такой?
— Оперуполномоченный Ауриккио.
Пародия на Джимини Крикета и Пиноккио. Вернее, на Траляля и Труляля, ведь Пиноккио уже тренировался на базе «Интера».
— Давайте так и поступим. Я перезвоню вам через пару дней.
— Как хочешь.
— До встречи, Анчелотти.
— Чао, Ауриемма или как тебя там.
Я был уверен, что всё это — розыгрыш, потому что Ауриккио позвонил как раз в тот момент, когда мы с друзьями обсуждали допросы. Выяснилось, что оперуполномоченный с такой забавной фамилией действительно существует, причём именно он стоит во главе расследования Кальчополи. А вдруг меня теперь посадят за оскорбление представителя власти при исполнении им своих должностных обязанностей? Скамья подсудимых, в отличие от тренерской, не шатается. Мне пришлось поехать в римское отделение полиции. Там меня встретил темноволосый молодой человек с короткой стрижкой. Это был единственный и неповторимый Ауриккио. Между прочим, отличный парень.
— Добрый день, я Анчелотти.
— Приятно познакомиться, я Ауриемма.
— Ауриемма?
— Шучу, Ауриккио!
Вскоре нам стало не до смеха. Он проводил меня в комнату для допросов. Напротив, как на экзамене, сидели следователи Нардуччи и Беартиче. Правда, я не мог, как в студенческие годы, заболтать их всякой ерундой, иначе меня обвинили бы в даче ложных показаний. Правда и только правда. Меня спрашивали о работе в «Ювентусе», в частности, знал ли я что-нибудь об отношениях Моджи с арбитрами. В ходе допроса я прослушал запись телефонного разговора Леонардо Меани, отвечавшего в «Милане» за сопровождение судей, с главным арбитром матча против «Сиены». Меани жаловался на решение отменить гол Шевченко, забитый по правилам. Оказалось, что меня вызвали в отделение из-за фразы Леонардо: «Со мной в машине сейчас сидит Анчелотти».
Второй допрос проходил в следственном управлении Рима. Судя по всему, «Милан» выбрали козлом отпущения. Полиция всеми силами пыталась доказать непосредственное участие клуба в грязных делах. Я чётко обозначил свою позицию: «Меани звонил арбитрам, чтобы защитить «Милан» от судейского произвола». В общем, ровным счётом ничего криминального. Мы часто беседовали с Галлиани. Он был подавлен тем, что пострадала репутация клуба. Чтобы его успокоить, я заявил, что останусь в «Милане» вместе с игроками, даже если нас отправят в Серию B.
В итоге с клуба сняли восемь очков. Я до сих пор убеждён, что «Милан» стал жертвой чудовищной несправедливости. При внимательном изучении так называемых спорных матчей становится очевидно, что никакой форы перед «Ювентусом» у нас не было. Если уж на то пошло, то как-то раз в Турине судья Бертини не поставил два чистейших пенальти в ворота «Юве», а ещё остановил игру после фола на Кака, хотя мяч остался у «Милана», и сорвал по сути хоккейный выход «три в ноль».
Лето 2006 года было ужасным. Италия выиграла чемпионат мира, но триколор был запятнан грязью. В отборочном раунде Лиги чемпионов жребий свёл «Милан» с «Црвеной Звездой» из Белграда. Через несколько дней после финала я собрал на базе всех игроков, в том числе тех, кто выходил на поле берлинского «Олимпиаштадиона». Запомнился разговор с Индзаги:
— Пиппо, мне очень жаль, но тебе придётся вернуться. Ты нам нужен.
— Хорошо, тренер.
Индзаги примчался по первому зову. Пиноккио есть чему поучиться.